Долгие пруды. Новости

Яндекс.Погода

четверг, 20 сентября

ясно+22 °C

Онлайн трансляция

В Долгопрудном творит самый плодовитый писатель в жанре «литературного сиквела» . Разговор о творчестве А.П.Климая

18 нояб. 2016 г., 19:45

Просмотры: 2192


Творчество Александра Петровича Климая стоит особняком среди других поэтов и прозаиков Долгопрудного. Дело даже не в том завидном постоянстве, с которым он получает различные награды за свои произведения, а в том, что больше половины из них – продолжения известных книг. Климай продолжил приключения Пушкинского Онегина, Ихтиандра из фантастического романа Александра Беляева, любовную историю Ассоли и Грея из повести Грина, сказку о путешествии Нильса с дикими гусями Сельмы Лагерлеф, и даже похождения ироничного мудреца Ходжи Насреддина.

Многие могут безапелляционно заявить, что никто и никогда не сможет писать так, как Пушкин или Грин, а значит не стоит и пытаться. Александр Климай, впрочем, никогда и не заявлял, что пишет «лучше Пушкина», а претендует на звание автора хорошей исторической и приключенческой литературы. При этом он обладает достаточной долей самоиронии. «И журналистам на съеденье плоды своих трудов отдам» пишет Климай в книге «Онегин и Княгиня N», демонстрируя свою готовность к критике. Самым точным определением для своего творчества автор считает высказывание в его адрес писателя-фантаста Звягинцева (цикл фантастических романов «Одиссей покидает Итаку»): «Вам превосходно удается стилизация». 

Без стилизации никуда, когда нужно не просто придумать новый лихой сюжет для прозы, а написать продолжение Пушкина, естественно в стихах. Климай умудряется писать стихи, не будучи профессиональным поэтом, и с успехом их декламирует, превратив книгу «Онегин и Княгиня N» в моноспектакль с одноименным названием. За него Александр Петрович в 2015 году удостоился премии Губернатора «Наше Подмосковье».

Приведем лишь несколько строф Климая:

Исход печальный отвергаю,

Героев Пушкина любя,

Не шутки ради, предлагаю,

Теперь Вам выслушать меня…

Онегин – добрый наш приятель,

Как помнишь ты, о, мой читатель

Покинул уж Москву давно,

Макарьев вскоре заодно.

И вот пред ним уже Одесса,

Но, несмотря на все мольбы

Непросто скрыться от Судьбы –

Нет, не зависит то от места…

А думы, думы, все о ней.

Княгине N, что нет родней.

                                                      «С героями не расставайтесь»

Так почему же нельзя просто оставить в покое «нашего доброго приятеля» Онегина? Справедливости ради отметим, что без продолжений не могли обойтись и сами великие писатели. Сэра Артура Конан Дойля просто таки вынудили воскресить великого сыщика после рассказа «Последнее дело Холмса», а Дюма был вынужден рассказать, что случилось с полюбившимися героями и двадцать, и тридцать лет спустя. Народная любовь к литературным героям творит чудеса и никому не известно, когда будет поставлена точка. Лучшее доказательство этому тезису, вышедший в 2001 году сборник «Судьба Онегина», где свои размышления о судьбе героя представили целых 47 авторов!

А вот еще один любопытный факт – английский классик Вальтер Скотт в конце своего романа «Квентин Дорвард» пишет: «Предлагаю всем, кто пожелает продолжить наш роман по своему вкусу и усмотрению…». Конечно, всегда найдутся те, кто примет этот «литературный вызов»!

И Климай его принял. Так появился на свет замечательный роман «Звон мечей? Нет, скальпеля, милый!». Наш современник Константин Дворцов, известный нейрохирург, и… XV век. Франция. Бургундия. Молодой шотландский дворянин в поисках удачи прибывает ко двору короля Людовика XI… Любовь и разлука, каскад захватывающих приключений и мистика… «Меченый, приподнявшись в стременах, возвышался среди окружающих его всадников. Огромный меч, словно вихрь, носился в воздухе, поражая противника. Но вот тяжелый удар обрушился на него, в глазах потемнело от пота и крови, хлынувшей из раны на лбу, и Лесли, зашатавшись, рухнул на землю». По этому роману в Российской академии театрального искусства поставлен спектакль.

«Исход печальный отвергаю»

У литературных сиквелов Климая есть одна интересная особенность. Он часто продолжает именно те произведения, которые имели печальный или вовсе трагический конец. Такая развязка намеренно меняется на счастливое спасение или преодоление. Почему?

Здесь необходимо сказать, что Александр Петрович не только писатель, но и врач-психотерапевт. Действующий сотрудник Долгопрудненской центральной городской больницы. В этом и кроется разгадка. По его словам, среди его пациентов не редко попадаются люди, чья история укладывается примерно в следующую схему: Она ему объясняется в любви. Он не понимает своего счастья. Их пути расходятся. Затем у него случается позднее раскаянье. Объект любви, быть может, все еще близок, но уже недоступен. Перед вами типичный сюжет в духе романа «Евгений Онегин».

В качестве рецепта от «внутренней разочарованности» Александр Климай предлагает свой роман «Онегин и Княгиня N». Онегин не подался в революционеры-декабристы, а случайно услышал от приятеля о смерти мужа возлюбленной Татьяны. И, естественно, решил нанести ей еще один визит. Автор призывает читателя последовать примеру героя в этих строках:

Поверь, для чувства нет забвенья.

И вспомнишь про любовь опять.

И в тридцать пять, и в сорок пять.

Бессильно здесь годов теченье.

Но если ты ее забыл.

Быть может, - вовсе не любил?...

Замена негативной развязки предлагается и для Беляевской истории:

«Если это не вымысел газетчиков… Нет, это правда!... Такое совпадение имени и места у островов архипелага Туамото. … Ихтиандр жив!!! – мысли с бешеной скоростью мелькали в голове у профессора Сальватора. – Значит, он поплыл через мыс Горн… Поплыл по моему маршруту… Успел-таки уйти от преследователей! Молодец!!» - Сальватор вспомнил затопленный грот, через который уходил в океан Ихтиандр». (А.П.Климай. «Ихтиандр»)

Как мы видим, Ихтиандр успешно выполняет совет Сальватора отправиться к его другу ученому на далекий остров в Тихом океане. Аудитория книги – дети и молодежь. В нежном возрасте излишнее увлечение трагическими концовками ни к чему!

Исторические приключения

В психотерапевте, писателе и художнике Климае (Александр Петрович член Российской Академии Народного Искусства) уживается еще и историк. Можно даже сказать краевед. Одна из его исторических книг посвящена истории Московской области, причем, даже не Долгопрудному, а Дмитрову. Об этом роман «Здесь, княже». Приведем небольшой отрывок: «Валерий Викторович Говоров, глава подмосковного Дмитрова, поднялся со своего рабочего кресла, подошел к окну и задумчиво посмотрел на открывающуюся из окон его кабинета панораму центральной площади города. Как всегда было много работы, но из-за вполне определенной причины она сейчас не ладилась. Утром по дороге на службу, Валерий Викторович чаще ходил на нее пешком, он имел случайную беседу с весьма незаурядным человеком, которого видел в городе впервые. Незнакомец толковал столь интересно и с таким знанием большой истории, связанной с Дмитровским краем, что Валерий Викторович остановился, словно наяву увидев древнее поселение, на месте которого вырос прекрасный город Дмитров»..

Кто же этот таинственный незнакомец и откуда у него столь глубокие познания, так впечатлившие градоначальника? Узнаете из романа.

Недавняя громкая литературная победа Климая также связана с исторической прозой. Три главы из его нового романа в двух книгах «Гвардейцы российских императриц» вошли в первый том сборников «Наследие», где публикуют только финалистов одноименной литературной премии. Премия эта утверждена в 2012 году Российским союзом писателей совместно с Российским императорским домом. В честь 400-летия дома Романовых. Курирует литературную премию живой потомок Романовых – великая княгини Мария Владимировна. Так что можно сказать, что творчество Александра Петровича оценила монаршая особа!

Главный герой романа - врач Чалкин, которому уже однажды удалось поправить здоровье Петра I средствами народной медицины (некой чудодейственной травой). В благодарность император отправляет его получать медицинское образование в Голландию. Вернувшись, Чалкин узнает, что Петр при смерти. Спасти императора – его долг:

«Робея, Александр шагнул в покои императрицы. Ответив низкий поклон, он выпрямился, ожидая вопросов. Однако Екатерина I медлила.

Ужели, - думала она, - этот крестьянин сможет утереть нос важным заграничным медикам, имеющим знание и достаточный опыт. Впрочем (мысли ее неожиданно приняли другое направление), сумела же я, можно сказать простая девушка, околдовать Петрушу!... Хотя сановных и раскрасавиц у него вся Россия была. Баловаться он любил, я знаю, но… Так что ответить доктору? Придворные-то медики и на пушечный выстрел не подпустят его к государю, да…»

Конечно, повернуть историю вспять не удастся, но в чехарде дворцовых переворотов, последовавших после смерти императора, Чалкину будет уготовано особое место. Недуг любого из Романовых – неизменный повод для политических интриг.

Сейчас А.П. Климай работает над новым романом. И что-то мне подсказывает, что и на этот раз писатель удивит нас.

Михаил Раскин